"От немца легче было отпроситься, чем от литовцев и украинцев" - в 1943 году в Беларуси проходила операция по вывозу скота и угону населения в Германию

1 июля 1943 года на территории Воложинского, Ивенецкого, Новогрудского и Юратишковского районов Белорусской ССР начиналась очередная карательная операция фашистов под названием "Герман". Цель - ликвидация Ивенецко-Налибокской партизанской зоны.

Задача была следующая: вывоз скота, сельхозпродукции, угон местного населения в Германию. Масштаб операции был таким, что фон Готтберг, под руководством которого она проводилась, привлек дополнительно помимо армейских подразделений, танков и авиации спецкоманды Барановичского гебитскомиссариата и хозяйственной инспекции "Восток".

В один из июльских дней 1943 года среди населения прошел слух, что немцы будут выбивать деревни Новая Воля, Большая Воля, Липичанская Пуща, прочесывать населенные пункты и лес аж до Воложина. Жители уходили подальше от этих мест, в селах оставались лишь те, кто не мог идти.

В хате семьи Косачей оставалась невестка с малыми детьми. Беременная, тронуть не должны. Спрятались в сарае. Отовсюду слышались выстрели, крики, в деревне вовсю орудовали каратели. Невестка, едва удерживая, поглаживала корову, дети ручонками обхватили овечку, пытаясь успокоить перепуганное животное. Забившись в углу, тихо сидели куры. Дверь распахнулась. В мгновенье женщина оказалась на полу, ее больно пнул сапогом полицай. Накинув веревку на рога коровы, он пытался вывести ее из сарая, та не слушалась, упиралась. Другой полицай тащил за холку овечку, пиная детей, которые не хотели ее отпускать. По сараю, громко кудахча, разлетались куры, которых каратели пытались поймать. Женщина стала просить полицаев оставить хоть что-то, детей ведь кормить будет нечем. Сильный удар сапогом, она потеряла сознание.

Литовцев, украинцев было больше, чем немцев, когда прочесывали, делали облаву в Липичанской Пуще, рассказывает свидетель Генпрокуратуры жительница д. Копти Надежда Косач. "Немцев больше было в Большой Воле. А тут, по-видимому, был их карательный отряд. От немца легче было отпроситься, - считает Надежда Николаевна, - но от других очень тяжело было, тяжелые люди, вредные".

Редкий случай - тогда женщину не расстреляли, ей повезло, и не потому, что каратели оказались благосклонны к ней и детям. Придя в себя, она пообещала собрать для них еще продукты, а те пообещали вернуться.

"Все, детки, сожгли сарай и жито, сказал дед", - вспоминает житель деревни Трахомовичи Николай Лупач. "Были у нас пчелы, то сожгли пчел, и было зерно, жито в сарае - тоже спалили", - рассказывает Николай Васильевич.

Из воспоминаний Артишевского Генриха Марковича, жителя аг. Першаи Воложинского района: "В Першае был такой, он считался начальником всего участка. Заставлял каждого крестьянина сдать от коровы 150 литров молока. И люди приводили ему коров, показывали ему. Если хорошая, если книжка есть, что он сдал 150 литров – хорошо; если корова худая, он сразу хозяина бил березиной. Если молоко не сдал - тоже бил. Если на литр или два сдал больше, значит, водой разбавил, считал он, и тот человек тоже получал".

Шесть недель летом 1943 года фашисты жгли белорусские деревни, уничтожая мирное население. По своей продолжительности и зверствам операция "Герман" стала в один ряд с наиболее кровавыми и садистскими. Сам обергруппенфюрер СС фон Готтберг в январе 1944-го одним из первых был награжден почетным нагрудным знаком "За борьбу с партизанами".