Каким был путь священника Кунцевича к премии "За духовное возрождение"

Работа настоятеля прихода храма Воздвижения Креста Господня в Минске Олега Кунцевича не укладывается в 8-часовой день и не вмещается в рамки 5-дневной рабочей недели. Служение священника не имеет четкого графика. Ежедневно они сдают тест на человечность. Храм находится рядом с мемориалом в память жертв лагеря для военнопленных Шталаг-352 в Масюковщине.

За личный вклад в дело духовного просвещения, патриотическое воспитание и увековечивание памяти погибших в лагере смерти для советских военнопленных протоиерей Олег Кунцевич стал лауреатом премии "За духовное возрождение".

Как находить баланс между духовным и светским служением?

Путь к вере у сегодняшнего протоиерея Олега Кунцевича начался в сложные 90-е годы. Выпускник политехнической академии пережил период безденежья, разгружал вагоны. Затем работал в коммерческих структурах, даже был начальником отдела продаж одной из крупнейших компаний Беларуси. В подчинении находились более 100 человек. В этот период в его жизни появилась молитва, стал ездить в монастыри, читать духовную литературу. Как итог - поступил в Жировичскую семинарию.

Протоиерей Олег Кунцевич, настоятель прихода храма Воздвижения Креста Господня в г. Минске:

"Написал заявление об увольнении и поехал учиться. Меня мало кто понял. Родители, как мне показалось, не поддержали. Потому что для них было какое-то разочарование. Потому что я где-то был предметом гордости - такая должность большая, фирма крупная, известная. А тут я все оставляю и уезжаю мало понятно куда. Через пару-тройку лет родители меня поддержали, сказали, все правильно. И отец, и мать пришли к вере, и брат, и друзья многие".

Награда за милосердие, сопереживание и память

Делом жизни священника стало строительство храма Воздвижения Креста Господня. Построен в виде креста, он во многих архитектурных и декоративных элементах. Церковь находится на месте бывшего лагеря для советских военнопленных "Шталаг-352", одного из крупнейших на территории оккупированной Беларуси.

В августе 1941-го нацисты разместили его на месте военного городка возле деревни Масюковщина. Территория лагеря была обнесена несколькими рядами колючей проволоки. По периметру находились сторожевые вышки. Внешняя охрана лагеря включала 15 постов, внутренняя - 29. Узников не кормили, не оказывали медицинскую помощь. Их пытали, избивали, заставляли работать.

Протоиерей Олег Кунцевич, настоятель прихода храма Воздвижения Креста Господня в г. Минске:

"Любое живое существо, которое было на территории лагеря - червячок, паучок - (лето, осень) все съедалось, трава вся съедалась. Из всех луж выпивалась вода. Все, что только можно было, все шло на еду, на продолжение жизни. Все кожаные ремни то пережевывались, то пытались их варить, потому что голод был страшный. На сутки выдавался малюсенький кусочек хлеба вперемешку с опилками и гнилой мукой".

Музей подвига узников Шталага-352

Деревянные казармы были рассчитаны на 9,5 тыс. человек. В лагере же находились более 140 тыс. военнопленных. 80 % узников были под открытым небом. Летом и зимой, когда морозы доходили до минус 30.

Самая страшная зима 1941-42 гг. ежедневно забирала свыше тысячи жизней. Это только те узники, которые умирали от голода и холода. Плюс нацисты ежедневно убивали ради развлечения, в назидание остальным. Сохранение памяти о замученных, убитых и погибших узниках - одна из главных составляющих деятельности прихода. При храме действует Музей подвига советских военнопленных - узников Шталага-352.

Реликвии войны как доказательства нацистской политики геноцида

Фрагменты стропильной системы одного из бараков Шталага-352. Здесь можно увидеть, какие сведения оставляли о себе советские военнопленные. Кто-то начертил календарь и зачеркивал даты. Кто-то писал откуда он, свое имя, фамилию, отчество. И таких надписей достаточно много. Узники понимали, что из лагеря им не выйти никогда, поэтому старались хотя бы минимальные сведения о себе, но зафиксировать. Наверняка, было и понимание того, что кроме как с товарищами по несчастью и этими балками бараков, им и поделиться-то не с кем.

Исследовать тему и вернуть солдата из списка пропавших без вести

Сегодня военные раритеты стали экспонатами музея. Здесь же личные вещи заключенных - пуговицы, ложки, обувь, лагерные номера. Большинство обнаружено при раскопках. Находили и медальоны, какие-то были не заполнены, какие-то не подлежат восстановлению, где-то удалось прочитать имя и фамилию.

Протоиерей Олег Кунцевич, настоятель прихода храма Воздвижения Креста Господня в г. Минске:

"Несколько имен установили, в прошлом году приезжали родственники на захоронение из России. Т. е. более 80 лет родственники считали, что их родные пропали без вести. Пропали без вести, потому что они все считались пропавшими без вести до того момента, пока это не подтвердится. Это до сих пор так".

За годы оккупации в Шталаге-352 погибли более 80 тыс. человек. Известны имена лишь нескольких тысяч и все благодаря тем же военнопленным, которые работали в лазарете. Они записывали имена погибших и тех, кто к ним обращался за помощью. Железный ящик со списком жертв Шталага был найден при раскопках.