Глубинные причины схватки мировых держав на Ближнем Востоке - в "Таблице Менделевой"

Конфликт в Иране - это не локальная операция и не очередной виток ближневосточной нестабильности. Это прямое столкновение интересов США, Китая, стран Персидского залива и глобальных энергетических корпораций. Ормузский пролив пропускает около 20 % мировой нефти и свыше 30 % глобального экспорта СПГ.

В 1973 м арабское нефтяное эмбарго вызвало рецессию, инфляцию и политические потрясения по всему миру. Но тогда глобальная экономика была менее интегрирована, а энергопотребление - ниже. Сегодня все иначе: мировой спрос на нефть превышает 100 млн баррелей в сутки. Около 85 % объема перевозимой через пролив и 83 % СПГ направляются в Азию. 

Эбрахим Джаббари, советник командующего Корпусом стражей исламской революции Ирана:

"Цена уже достигла 81 доллара за баррель нефти, и весь мир, безусловно, ждет, когда она поднимется до 200 долларов. Они грабили и вывозили из этого региона по 20 млн баррелей нефти ежедневно. Часть ее продавалась, а мизерные объемы возвращались в эти страны. Ормузский пролив закрыт. Любой, кто попытается пройти, будет уничтожен огнем".

Китай - крупнейший потребитель ближневосточной нефти. Иран обеспечивает 13 % импорта, еще 6 % поступает из Венесуэлы. Неофициальная причина эскалации в Иране - это попытка США оказать давление на Китай в преддверии визита Трампа в Поднебесную в апреле.

Мурад Садыгзаде, президент Центра ближневосточных исследований:

"Безусловно, цепочки поставок будут очень сильно нарушены. Большая часть мировой экономики держится именно на традиционных видах энергетики. Сегодня в случае если этот сценарий военных действий в регионе превратится в то, что в Иране действительно произойдет переориентация после всего этого на Запад, то будет сближение именно с Америкой, будет трансформация политической системы. Это это большая угроза и сложность для Китайской Народной Республики в регионе, потому что Китай, по сути, лишается своей основной базы. В контексте Ближнего Востока их соперничество давно обострено. И, возможно, что сейчас идет бой за то, чтобы показать, кто сильнее и кто останется в регионе".

Вот только пока Вашингтон пытается перекрыть Пекину доступ к иранской нефти, Китай держит в руках куда более мощный рычаг - редкоземельные металлы. Доля КНР на рынке редкоземов превышает 80 %. И если Пекин решит ответить, он может ударить по самым чувствительным секторам американской экономики. И это будет куда болезненнее, чем потеря нескольких процентов нефтяного импорта. Черное золото - ресурс, который Китай может спокойно заменить, увеличив закупки даже у России. И это делает американскую стратегию куда менее эффективной, чем рассчитывают в Белом доме.

Гэвин Ньюсом, губернатор Калифорнии (США):

"Цены на энергоносители растут по всему миру. Цены на нефть растут. Цены на бензин растут. Каждые 10 долларов за баррель - это примерно 24 цента за галлон, которые вы будете платить больше из-за войны Трампа".

Особенно уязвим рынок СПГ: 80 % газа, проходящего через пролив, направляется в Азию, остальное идет в Европу, где энергетическая система все еще не оправилась от потрясений последних лет.

Александр Вучич, президент Сербии:

"Происходят совершенно невероятные вещи. Я просто не понимаю, зачем людям понадобилось развязывать войну, когда они прекрасно знают, насколько сильно мы все зависим от Ближнего Востока и его энергоресурсов".

Ормузский пролив - узкая артерия, от которой зависит устойчивость мировой экономики. И сегодня она оказалась в эпицентре борьбы мировых держав. От того, как сейчас будет развиваться ситуация, во многом зависит то, каким будет глобальный порядок в ближайшие десятилетия.