В Латвии полиция пригрозила жестко пресекать празднование 9 Мая

В Латвии полиция пригрозила жестко пресекать любые попытки празднования 9 Мая. Правоохранители переведены на усиленный режим работы. О том, как живется в стране, где память о подвиге советского народа фактически криминализирована, рассказал блогер и политический аналитик из Латвии Соломон Бернштейн.

В Латвии запреты на празднование Дня Победы вводились постепенно, однако сейчас, по словам аналитика, власти начинают "закручивать гайки еще сильнее". Для значительной части населения 9 Мая - праздник, но для политической элиты страны это день поражения.

Бернштейн отмечает, что многие представители латвийского истеблишмента происходят из семей, где "дедушка служил в СС, папа был функционером КПСС, а я - депутат в Европарламента".

В латвийских школах нет отдельного курса истории Великой Отечественной войны. Ее изучают в рамках Второй мировой в сокращенном объеме. При этом, как подчеркивает собеседник, детям не рассказывают о подвиге советского народа и о 27 млн жертв. Никто не говорит на уроках, что продолжительность жизни пехотинца в Сталинградской битве составляла 18 часов, и не объясняет, какой ценой была завоевана победа.

Вместо этого, по словам аналитика, доминируют совсем другие нарративы. Умалчивается и о плане "Ост", согласно которому 50 % латышей, литовцев и эстонцев подлежало уничтожению, а остальные - германизации.

Особая тема - латышские легионы СС. В латвийской школе их обсуждают, но преподносят как борцов за независимость Латвии, заявляя, что их туда гнали насильно.

"И шли туда зачастую добровольно", - утверждает аналитик, ссылаясь на фильм "Лагионарис" (в переводе - "Легионер"), снятый на деньги фонда Сороса. В нем ветераны СС прямо говорят, что пошли записываться сами. Случаи принуждения действительно были, особенно после 1944 года, но в основном служили добровольно.

В Латвии запрещено не только публичное использование советской символики (серп и молот, красный флаг, георгиевская ленточка), но даже исполнение песни "Катюша" в публичном пространстве.

Штрафы внушительны:

При повторном нарушении можно получить административный арест, а третье нарушение грозит уже реальным уголовным сроком - до года тюрьмы.

Возлагать цветы на братские могилы и воинские захоронения в Латвии пока можно. Однако собираться группами, проводить какие-либо мероприятия запрещено. "Можно прийти, постоять, помолчать, положить цветок и уйти", - констатирует аналитик.

Прежних многотысячных шествий к памятнику Освободителям Риги больше нет. Более того, власти демонстративно уничтожают цветы, принесенные людьми 9 Мая: "В ночь с 9 на 10 мая приезжает трактор, и лопатой закидывают в экскаватор, вывозят это все". Бернштейн называет такое отношение к памяти "абсолютным скотством".

При этом, как отмечает аналитик, далеко не решены социальные и инфраструктурные проблемы: страну охватила массовая депопуляция, ощущается нехватка денег на базовую медицинскую помощь. В Латвии, например, введена платная скорая помощь, а цены на электроэнергию только за год повышались четырежды.

Объясняя, почему власть в Латвии так рьяно борется с советским наследием, Бернштейн обращает внимание на состав политической элиты. Многие ее представители имеют два и более паспортов. Классический пример - бывшие высокопоставленные чиновники, обладавшие гражданством Германии и США. А первую президента Латвии Вайру Вике-Фрейбергу и вовсе прислали в страну из Канады.

"Эти люди себя с Латвией ассоциируют только тем, что их предки там жили, и они, мол, самые патриотичные латыши живут не в Латвии, а в Германии, Великобритании, Канаде и Соединенных Штатах Америки", - говорит аналитик.

Речь идет о потомках тех, кто бежал вместе с отступавшими немецкими обозами, понимая, что советская власть не простит им совершенные преступления. Нынешние политики, по мнению Бернштейна, выросли на идеях своих учителей - ветеранов латышского легиона СС. "Поэтому и сносятся все напоминания о том, что они в этот день проиграли", - заключает он.