Как православная церковь сопротивлялась нацистам и помогала партизанам в годы Великой Отечественной

Церковная жизнь в Беларуси на момент начала Великой Отечественной войны была различная. В восточных регионах ни один храм не действовал. Было лишь две подпольные церкви - в Гомеле и Могилеве. В западных регионах действовали 3 епархии, 5 монастырей и 800 храмов.

После того, как территория Западной Беларуси вошла в состав СССР, Московской патриархией был организован экзархат Русской православной церкви на новоприсоединенных белорусских территориях. Согласно указу Московской патриархии, экзархом РПЦ на белорусских территориях должен был стать старейший по хиротонии архиерей. Имя его не называлось, но старейшим на то время был архиепископ Пантелеимон Рожновский, проживавший в Жировичском монастыре.

Дело в том, что еще в начале 1920-х годов за несогласие и критику с польской религиозной политикой, принявшей автокефалию и отделившейся от русской церкви, Пантелеимон Рожновский был лишен кафедры и отправлен в ссылку, которую отбывал в духовной обители. С июня 1941 года Пантелеимон Рожновский, как старейший иерарх по возрасту и по статусу, возглавил церковную жизнь в Беларуси. Во главе РПЦ стоял местоблюститель митрополит Сергий Страгородский. Именно он 22 июня 1941 года, раньше Иосифа Сталина, обратился с посланием пастырям и пастве.

Вениамин, митрополит Минский и Заславский, Патриарший Экзарх всея Беларуси:

"Когда неожиданно приходит беда, люди теряются и не знают, как поступать. Враг стремительно наступал, захватывал все новые и новые земли СССР, были большие людские и территориальные потери, и важно было слово поддержки и уверенности в победе над врагом. И эти слова были сказаны митрополитом Сергием Страгородским, который сам составил воззвание".

Митрополит Сергий благословил епископов, духовенство, верующих сплотиться и поддержать советскую власть в борьбе против нацистской Германии. Интересно, что послание митрополита Сергия распространялось даже через каналы разведки партизан на оккупированных территориях. Священники его зачитывали в храмах на богослужении, но нередки были случаи, когда об этом узнавали нацистские карательные органы. Тогда священников расстреливали. 

Осенью 1941 года архиепископ Пантелеимон создал структуру Белорусской митрополии. То есть, не отрекаясь от должности экзарха Московской патриархии, он создал Белорусскую митрополию, организовал викариатство, впоследствии ставшее епархиями, сформировал архиерейские кафедры. А своего ближайшего друга и единомышленника, епископа Венедикта Бобковского, назначил на Гродненскую кафедру, перешедшей к концу 1941 года в юрисдикцию Восточной Пруссии, то есть непосредственно является территорией Третьего рейха.

Это шло вразрез с нацистской религиозной политикой, ведь на территории Третьего рейха могла быть лишь одна церковная юрисдикция.

Несмотря на жестокость оккупационного режима, создание концлагерей, уничтожение военнопленных, карательные акции против мирного населения, священнослужители не шли на условия нацистов, а оставались верны служению богу и пастве. Тем временем на востоке Беларуси начался период ренессанса духовности - возрождались приходы, открывались храмы, совершались церковные таинства.

Для возрождения церковной жизни настоятель Жировичского монастыря Венедикт Бобковский в сентябре 1941 года отправился в Минск. В это же время архиепископ Пантелеимон Рожновский благословил двоих насельников Жировичской обители архимандрита Серафима Шахмутя и священника Григория Кударенко на восстановление духовной жизни в восточных регионах. Минск, Слуцк, Могилев, Орша, Гомель - города, в которых прошли первые богослужения и вновь зазвучал колокольный звон. Верующим вернули и Софийский собор в Полоцке.

В Воскресенском соборе Борисова в годы Великой Отечественной войны здесь служил протоиерей Иоанн Строк. Осенью 1941 года священник стал сотрудничать с партизанами. Основная деятельность служения Родине заключалась в освобождении советских военнопленных. Сотни спасенных людей из Борисовского, Минского, Толочинского, Крупского концлагерей переправляли в партизанские отряды.

Пастырь выписывал справки о крещении евреям - таким образом спас от уничтожения несколько сот человек. Кроме этого, Воскресенский собор стал убежищем для людей. Там долгое время спасались от расстрела 75 детей и более 200 взрослых.

Священник Виталий Вечерко в своей жизнью доказал верность вере и Отечеству. Он служил в храме деревни Бостынь (это населенный пункт центра партизанского сопротивления в Лунинецком районе). Батюшка был одним из тех, кто активно помогал партизанам. Иначе он не мог, ведь это его прихожане. Многих он венчал, крестил их детей, духовно опекал на протяжении 20 лет, до начала нацистской оккупации. Своих духовных чад не бросил и в годы Великой Отечественной войны.

Дом священника находился рядом с железной дорогой, и частыми гостями здесь были партизаны, а в период "рельсовой войны" жилье батюшки стало фактически стратегическим объектом. За ним пристально наблюдали как партизанские разведчики, так и полицаи. Связными партизанского отряда были дочь и жена священника.

Их арестовали в 1943-м, долго пытали в тюрьме, а затем расстреляли. В Лунинце самое печальное место, по словам краеведа Татьяны Конопацкой, - Курган Бессмертия. В годы войны в этом месте стали жертвами фашистов почти 5 тыс. человек, и среди них бостынская матушка Любовь Даниловна Вечерко. По некоторым данным, ее расстреляли 21 сентября, то есть в день Рождества Богоматери.

Чудом избежал гибели полесский священник из деревни Хойно. Храм в населенном пункте находился на самой высокой точке деревни (это было традиционно для христианских святынь). Сейчас на месте древней церкви установлен мемориальный крест.

В годы Великой Отечественной войны здесь служил священник Косьма Раина. Протоиерей, помощник епископа в Пинском округе. Своих сыновей, Петра и Павла, он благословил на борьбу с врагом. Они сражались в партизанском отряде. Сам священник остался со своей паствой - духовно опекал, поддерживал, проводил церковные таинства, богослужения, отпевал погибших, в том числе жителей сожженных деревень.

Протоиерей Сергий Рябой, клирик Свято-Варваринского кафедрального собора Пинска:

"Его арестовали, забрали все вещи, и двух чехов отправили расстрелять священника. Косьма Раина попросил помолиться. Долго молился, а когда очнулся, понял, что охранников-конвоиров, которые должны были выполнить приказ расстрелять, нет. И он ушел в партизанский отряд к своим детям".

Несмотря на опасность, угрозу собственной жизни и жизни своих родных, большинство священников оставались верны канонам православия и понимали ответственность за духовную жизнь своей паствы.

О том, как церковь оставалась опорой в самые темные годы, смотрите подробнее в фильме "Духовное единство в годы разделений".