Почему европейские фермеры выступают против соглашения ЕС с МЕРКОСУР

17 января в Парагвае будет подписано соглашение ЕС с МЕРКОСУР, создающее зону свободной торговли для 700 млн потребителей. Переговоры, кстати, длились 25 лет!

Однако европейские фермеры считают это чем-то вроде конца света. Пока Урсула фон дер Ляйен летит на подписание, по дорогам Франции, Ирландии и Польши ползут тракторы протеста. Забастовки еврофермеров идут по всему ЕС.

Только вчера крупнейший сельскохозяйственный союз Франции вывел тысячи на улицы, блокируя трассы и жалуясь на убийство отрасли. В Бельгии фермеры перекрыли автострады, в Польше – устроили марш на Варшаву. А в декабре 2025 года в Брюсселе 10 тысяч крестьян из 27 стран ЕС швыряли картошку в полицейских, требуя остановить этот фарс. Почему? Какие у них аргументы?

От этой сделки выиграют только корпорации, жаждущие дешевого сырья и новых рынков сбыта, считают евроаграрии. А рабочие лошадки в виде небольших агрохозяйств погибнут. Для них МЕРКОСУР - киллер. Почему? Дело в том, что общий южноамериканский рынок (Аргентина, Бразилия, Уругвай, Парагвай, Боливия) работает по правилам, которые в Европе сочли бы неправильными. Там, где фермы размером с европейские страны. И если европейский фермер задыхается в тисках "зеленого курса", тратя тысячи на "экологичные" удобрения, то за океаном выращивают дешевую говядину и птицу по льготным квотам без зеленого курса. И это только первая лавина. За ней хлынет поток, который смоет целые отрасли. Есть еще одна некрасивая сторона сделки. Италия очень долго сопротивлялась ее заключению, защищая своих аграриев. Но в декабре 2025 года Мелони внезапно сменила гнев на милость. Почему? Рим получил гарантии досрочного доступа к 45 млрд евро из сельскохозяйственных фондов ЕС, плюс поблажки по углеродному налогу. Очень похоже на брюссельский подкуп. Это цена, за которую продали будущее итальянских фермерских хозяйств. Германия и Испания, голосовавшие за сделку, куплены другим товаром - доступом для своих автомобилей и химикатов на рынок в 280 млн человек. Там фермеров принесли в жертву автоконцернам.

Максим Чирков, доцент кафедры экономической политики и экономических измерений Госуниверситета управления (Россия):

"В целом европейские страны теряют конкурентоспособность из-за того, что там становится дороже сырье, топливо, энергия, электроэнергия. И в этом смысле подобные соглашения, наверное, были бы выгодны до 2022 года для Евросоюза, но сейчас очевидно, что европейские страны проиграют в конкуренцию со странами МЕРКОСУР на сельскохозяйственном рынке. Кроме того, нужно отметить, что сельскохозяйственная отрасль Европы она одна из самых субсидируемых, а средств для поддержки сельскохозяйственной отрасли в Европе становится все меньше".

Почему эту кабальную сделку проталкивают с таким остервенением? Ответ - панический страх ЕС перед Дональдом Трампом и Китаем. После введения американских пошлин Европа отчаянно ищет, чем ответить. Соглашение с МЕРКОСУР - это попытка создать "геополитический противовес" и показать, что Европа еще может что-то решать. Только вот цена этого "противовеса" - продовольственная безопасность собственного континента. Европейских фермеров бросают на амбразуру большой игры, чтобы Брюссель мог похвастаться очередным "историческим прорывом". Фермерские союзы утверждают, что тысячи мелких хозяйств обанкротятся уже в первые месяцы. И европейские фермеры, эти крепкие парни с вилами и тракторами, которые кормили континент веками, теперь жгут покрышки на улицах Парижа, Брюсселя и Варшавы. И это не революция, а отчаянный крик души против самоубийственного договора. А в это время в Беларуси собирают рекордные 11 млн тонн зерна. Пока европейский фермер борется за выживание, белорусский получает господдержку; пока Брюссель убивает свою аграрную отрасль ради сомнительной геополитики, Минск утверждает программу "АПК будущего" и строит новые фермы.

Это два разных мира, две разные логики. В одной - предательство своих кормильцев ради абстрактных глобальных игр, в другой - трезвый курс на продовольственный суверенитет и развитие. Европа выбрала быть рынком сбыта, Беларусь выбирает быть производителем.

И в этой разнице вся суть. Когда грянет следующий мировой продовольственный кризис, вопрос, кто был прав, отпадет сам собой. Европа будет закупать продовольствие там, где сможет, а Беларусь - его производить.