Страшные страницы истории: Беларусь вспоминает жертв Хатынской трагедии

22 марта Хатынь стала символом всех сожженных населенных пунктов Беларуси. А их, согласно последним данным, почти 13 тыс. Не менее 290 - это сестры Хатыни - деревни, которые были сожжены вместе с населением и после войны так и не возродились.

Название небольшой деревни на Логойщине, окруженной лесами, сегодня знают во всем мире. Она стала символом огненной военной трагедии. Деревня была уничтожена 83 года назад, 22 марта 1943 года.

Каратели ворвались сюда в районе трех часов дня. А до этого здесь кипела обычная сельская жизнь.

Палачи заходили в каждый дом, выгоняли людей на улицу, гнали на окраину деревни. Некоторых расстреливали по дороге, видимо, ради забавы. Не щадили ни стариков, ни детей. Это была акция возмездия. Безоружным людям мстили за убийства шефа первой роты 118-го украинского полицейского батальона Ханца Вельке - олимпийского чемпиона и нескольких полицейских.

Людей сгоняли в сарай на окраине деревни. Здесь заживо сожгли 149 человек, 75 из которых дети. Самому младшему жителю деревни Хатынь - Толику Яскевичу - было всего 7 недель.

Хатынцев через несколько дней хоронили жители соседних деревень. Они выкопали три общие ямы-могилы. В одну захоранивали обгоревшие тела, во вторую - фрагменты тел, в третью - пепел людей. Эти три ямы-могилы стали первым народным мемориалом на месте деревни, уничтоженной нацистами.

Прах жителей Хатыни и сегодня здесь. Памятное место венчает символический сруб дома. Ведь домов здесь не осталось. Деревню палачи превратили в выжженную землю. Бетонные печные трубы здесь появились лишь через четверть века после трагедии. Их 26 - по количеству домов, которые были в Хатыни.

Анна Папко, замдиректора Государственного мемориального комплекса "Хатынь":

"Можно понять войну, не оправдать, но понять. Когда воюют вооруженные воины - те, у которых есть оружие, у которых есть опыт боевых действий, которые видят перед собой вооруженного противника и перед ними поставлена задача. Но невозможно понять войну, в которой оружие воюет против безоружных стариков, женщин и детей".

Металлический плач колоколов Хатыни. Он раздается каждые 30 секунд в память о каждом погибшем в огне жителе деревни. Известно имя каждого из 149 человек.

Илья Яскевич, внук Владимира Яскевича:

"7 человек в семье было. Самому маленькому исполнился месяц. Полтора месяца ребенок был, самый младший. Это его племянник, сын его сестры родной. Тоже сожгли всех, никого не пожалели, никого не пощадили".

Раскрытая настежь калитка, как приглашение войти в дом, которого нет. Есть только мемориальная табличка с именами и фамилиями тех, кто здесь когда-то жил.

Илья Яскевич, внук Владимира Яскевича:

"Их осталось четверо детей и они были все как родные. И дядя Виктор Желобкович, и Александр Петрович Желобкович и Соня. Четверо их осталось, и они были как одно целое, одна семья".

Палачей Хатыни начали судить еще в 1946 году - это были первые уголовные дела против нацистских пособников, служивших в батальоне Дирлевангера. Новая волна громких процессов пришлась на 1970-е: в 1973-м на скамье подсудимых оказались сразу 5 хатынских убийц. Спустя год состоялся суд над Мелешко, а в 1986-м - процесс против Васюры.

Марина Вашкевич, завотделом Государственного мемориального комплекса "Хатынь":

"Светлана Александровна рассказывала очень много о своих родителях, они переживали эту трагедию. И она сказала так: "Суд над Васюрой забрал моего отца, он перенес инфаркт. Второй суд над Катрюком забрал мою маму". Так сказала Светлана Александровна, дочь одного из выживших свидетелей Александра Петровича Желобковича".

Хатынь сегодня - это символ всех сожженных населенных пунктов Беларуси. У каждого своя история. Не везде остались свидетели, нет в живых уже и жителей Хатыни, но есть мемориал в память о тех, кто стал жертвами нацистской политики уничтожения.